История музыкальной группы CHICAGO (часть 2)

Gloss23 июля 2008, 13:37

Итак, в январе 1969 года группа полетела в Нью-Йорк с одной лишь целью – записать свой 1-ый альбом. Показать миру, на что они способны. Способны они были действительно на многое и показали-таки, в конце концов. Но не сразу. А вот сразу они столкнулись с целым рядом проблем. Несмотря на то, что музыкальный материал был основательно подготовлен, хорошо отрепетирован и даже достаточно обыгран в концертах, процесс звукозаписи стал секретом за семью печатями для всех без исключения членов команды. Никто из них ранее не был в студии по столь серьёзному поводу. Ситуация усугублялась ещё и тем, что спродюсированный до этого мистером Герсио альбом Blood, Sweat and tears потерпел фиаско (хотя потом и стал великим хитом). Соответственно, новый проект, коим и стала группа CHICAGO TRANSIT AUTHORUTY, имел крайне низкий статус в глазах начальства Columbia Records. Группе было дано всего 5 дней на запись основных треков 5 дней на наложения. Положение было очень тревожным.

«Мы, на самом деле, просто вошли в студию и стали делать Chicago Transit Authority. И выяснили, что крайне мало знаем о том, что делаем, – говорит Паразайдер. – Мне приходилось в Чикаго записывать рекламные джинглы, но это было совсем другое. Мы начали с “Does Anybody Really Know What Time It Is?” Мы попробовали записать её как есть, все вместе в студии, как на концерте. Но как могли 7 студийных новичков сыграть это без ошибок? Я стоял посредине комнаты и боялся смотреть на партнёров, чтобы не сбить их и не сбиться самому. Это была сумасшедшая запись. После серии безуспешных попыток мы пришли к тому, что сначала надо записать ритм- секцию, а потом дудки и всё остальное. Впоследствии именно таким способом мы записали большинство наших альбомов». К тому времени, когда музыканты выяснили технологию звукозаписи, перед ними встала новая проблема. Дело в том, что тогда существовал стандарт на 35-минутный одинарный диск, а материала было более, чем на двойной. Было совершенно очевидно, что за нарушение принятых норм Columbia по головке не погладит – кому интересны безразмерные творческие излияния новичков? А ансамбль, между тем, планировал 1-ым альбомом серьёзно заявить о себе.

Им было что сказать, и это был как раз нужный момент. Момент, когда рок-музыка приобрела такую серьёзность, о которой ещё несколько лет назад никто и не мечтал. THE BEATLES только что выпустили знаменитый двойной «белый» альбом и уничтожили принятый песенный 3-минутный стандарт, записав 7-минутную вакханалию «Hey Jude». Хендрикс уже покорил мир бесконечными гитарными импровизациями, MOODY BLUES уже вовсю трудились над созданием нового стиля – арт-рока, на подходе были такие монстры тяжёлой музыки, как DEEP PURPLE и LED ZEPPELIN, TOWER OF POWER…  Все словно сговорились ударить в 1969 году! Видимо, произошло некое внутреннее накопление энергии, энергии созидателей, которым стали явно тесны рамки развлекательной музыки. И накопление это выплеснулось в виде довольно внушительного количества абсолютно новой, абсолютно серьёзной музыки, которую, быть может, и не ожидало услышать подавляющее большинство населения планеты. А для тех, кто был готов к переменам, и не только к музыкальным, а и к социальным, музыка эта была глотком свежего воздуха, символом наступления нового времени.

Посудите сами: в 1969 году увидел свет первый альбом LED ZEPPELIN, также дебютный альбом KING CRIMSON «In The Court Of The Crimson King», DEEP PURPLE с успехом гастролировали в Америке (но не в Англии, заметьте!) и записали живой альбом с большим оркестром. Действительно, ещё одно подтверждение пословицы, гласящей, что нет пророка в своём отечестве. Это, кстати, в полной мере можно отнести и к CHICAGO, но об этом позже. Заметьте, что вышеперечисленные группы все как одна из страны туманного Альбиона. А что же в Америке? А в Америке в самом разгаре наиболее продуктивный период деятельности CREEDENCE  CLEARWATER REVIVAL, в течение которого (за 2 года) они выпустили 6 альбомов, GRAND FUNK RAILROAD начали показываться на большой сцене и готовили к выпуску свой 1-ый альбом, ну и то же самое можно сказать о вышеупомянутых TOWER OF POWER. Когда бизнесмены Columbia Records узнали о том, что CTA хотят записать двойной альбом, они поставили всего лишь одно условие – значительное сокращение авторских отчислений. И группа вынуждена была пойти на это.

Альбом «Chicago Transit Authority» стал своеобразной временной капсулой, содержимым которой стали все имевшиеся к концу 60-х стили популярной музыки, приправленные музыкантами группы пряностями собственного изготовления. Спектр стилей и направлений, которые легко уживаются в музыке дебютного альбома великой группы, поистине поражает. Классическая музыка, джаз, ритм-энд-блюз, поп, обращения к битлам, влияния Хендрикса… Всё это каким-то невероятным образом сосуществует в музыке и делает её совершенно особенной и неповторимой. Не похожей ни на что, созданное до них. Начинается альбом с представления группы. Это была идея Терри Кэта. Идея весьма и весьма своеобразная. «Мы немного нервничаем» –  своего рода версия знаменитой песни «Dance To The Music» известной в те времена группы SLY AND THE FAMILY STONE. Музыка американских баров. Как будто посетитель пытается пробраться к сцене поближе, чтобы услышать знакомые фразы дудок, но вместо этого попадает в угар гитарного соло.

И так далее…«Does Anybody Really Know What Time It Is?» начинается с фортепьянного вступления в стиле Эрика Сати (Erik Satie) или Арта Тэйтума (Art Tatum), в то время как сама песня представляет собой яркую поп мелодию, контрастирующую с абсолютно «некоммерческим» текстом. «Questions 67 and 68», ещё одна песня, ставшая визитной карточкой CHICAGO, открывается риффами духовых, перемежающимися с виртуозными пассажами гитары. И снова это сочетание джазового и рокового начал. Вообще роль гитары на альбоме очень велика. Взять хотя бы «Free Form Guitar». Ну, кто ещё решился бы поместить в те времена (да и сейчас) подобный «отвяз» на свой альбом? Наряду с такими экстравагантностями дебютная запись представляет слушателю изобретательные партии духовых, изысканные гармонические схемы, рискованные музыкальные сопоставления. И всё это дополняется разноплановыми голосами ведущих вокалистов:  ровным и спокойным – Лэмма, парящим – Сетеры, экспрессивным, не без чёрного влияния – Кэта. Всё это впоследствии станет классическим стилем великой группы. Интересен тот факт, что момент выхода «Chicago Transit Authority» в апреле 1969-го пришёлся на самое начало деятельности новых радиостанций FM диапазона, активно игравших рок-музыку. Особенно станций, принадлежавших многочисленным колледжам. «АМ станции даже и не прикасались к нашим песням, потому что они не влезали ни в какие временные форматы, – говорит Панков. –  Они вообще не врубались в нашу музыку, которая была слишком непохожа на всё, что они до того слышали. И опять же без обрезаний она не входила в их рамки, а мы ничего не знали об эдитинге. Потом нам пришлось выпустить 3 сингла из 1-го альбома. Мы сделали эдитинг и выпустили их. Но и это не сработало. АМ станции были слишком далеко от нас. Так наш альбом стал своего рода подпольным хитом.

FM радио, в конце 60-х работавшее в основном на студенческую аудиторию, было нашим. Студенты открыли для себя  CHICAGO, и началось. Всё покатилось как снежный ком. Ты не мог быть хипповым, если не слушал CHICAGO. Так что, успехом 1-го альбома мы обязаны парням из колледжей, которые распространили слухи о нас повсюду. И слухи эти дошли до поп-чартов». В мае 1969 года альбом проник в Top LP’s chart журнала «Billboard» и в конечном итоге достиг 17-го места. К концу 1972 года альбом продержался в этом чарте 148 недель (и это не было концом победного шествия) и на то время побил все рекорды продолжительности. Но даже раньше, к декабрю 1969 года, альбом «Chicago Transit Authority» ещё без сингла стал золотым, а CHICAGO – знаменитой группой. И это полностью изменило жизнь членов группы. «Мечта жизни – создать хитовый альбом, – говорит Паразайдер. – Это было поразительно. Мы были близкими друзьями, мы прошли вместе через все трудности. Чикаго, переезд в Лос-Анджелес… Мы оставили семьи.… И потом некоторым из нас было труднее сладить с успехом. Я не думаю, что кто-то из тех, кто был на моей кухне в тот вечер, когда мы решили положить наши жизни на создание группы, мечтал о личной славе. Наоборот, тот факт, что мы были абсолютно безликими, командой, скрывавшейся за логотипом, в значительной мере способствовал успеху».

И действительно, подобная концепция (часто неверно истолковываемая критиками) идеально подходила к тенденциям конца 60-х, когда на 1-ое место вышел некий образ группы-творца в противовес творцу-личности. Именно поэтому группа сократила своё название до CHICAGO в первый же год национального признания, избавив многочисленных поклонников от необходимости выписывать бесконечное название в письмах, на стенах и т.д. В начале декабря CHICAGO отправились в Европу. И не куда-нибудь, а в Англию, страну, ставшую законодательницей музыкальной моды как раз во второй половине 60-х, отодвинув Америку на второй план. Запланированные 14 концертов охватывали и континентальную часть Старого Света. Роберт Лэмм вспоминает, что в течение этого тура группа впервые играла для публики, которая действительно понимала музыку и воспринимала её серьёзно.«По правде говоря, мы и сами толком не осознавали, насколько необычным был наш первый альбом, – вспоминает он. – Мы просто делали то, что делали.

И надеялись, что это отличалось от прочей музыки настолько, что люди понимали – это что-то другое. Но когда альбом вышел на международный уровень, и публика по всему миру услышала его, вот тогда их всех прихватило. Мы играли в клубах по всей Европе, и зрители оказались гораздо более подготовлены, чем в Америке. Когда мы вернулись, альбом уже стал золотым, и мы начали потихоньку выступать в роли хэдлайнеров. Но впечатление всё ещё было такое, что американцы «не догоняют» нашу музыку. Они понимали, что группа становится очень популярной, но у нас не было ощущения, что они слышали в музыке то, что мы в неё вложили. И я думаю, что европейский успех, определённая доля уважения к нашей музыке в Европе открыли нам глаза, дали уверенность в том, что мы на правильном пути.

Это заставило нас осознать: то, что мы делали, было значительно, художественно, было уважаемо, в отличие от того чувства производства поп- продукта, от которого мы все не могли отделаться в Америке, благодаря публике, прессе и тому, как нас воспринимали звукозаписывающие компании. Это дало нам право думать, что наша музыка – не детские игры. И это сохраняется по сей день».В августе 1969 года CHICAGO нашли окно в плотном гастрольном графике и записали свой второй альбом. Одной из первых стала песня Лэмма «25 or 6 to 4». Песня, над смыслом которой ломало голову не одно поколение фэнов  CHICAGO. Что означает это название? Лэмм утверждает, что речь идёт просто о времени, что здесь нет никакой мистики, а песня эта о написании песни. Возможно самой амбициозной пьесой альбома стало творение Джеймса Панкова «Ballet For A Girl In Buchannon», оказавшее влияние на настроение всего альбома. «Второй альбом создан с явным классическим подходом», – говорит Паразайдер. – Первый был очевидно грубоватым и приземлённым, а второй – более гладким, полированным». «Я был вдохновлен классикой, – вспоминает Панков. – Я купил Бранденбургские концерты и слушал их однажды вечером. И думал, как это круто. Бах написал это 200 лет назад, а это круто и сегодня. Вот если к этому всему добавить рок-н-ролльную ритм секцию, то будет вообще… Ещё мне ужасно нравился Стравинский. Он писал классическую музыку, но там есть настоящая страсть. Мы были на гастролях, и у меня в гостиничном номере стояло Rhodes piano. И я поймал себя на том, что постоянно подхожу к нему и наигрываю какие-то арпеджио а-ля Бах.

Так появилась баллада “Colour My World”. Это простая 12-тактовая схема, просто она сразу, что называется, “полилась”. Потом я позвал Уолтера и попросил его добавить туда флейту. Одно вело к другому. И эти части поначалу не сочетались друг с другом. Но в этом была своя прелесть. Я сшивал разнородные элементы, создавая новые части, интерлюдии». На 2-ом альбоме состоялся дебют ещё одного автора песен. Но состоялся он под влиянием определённых обстоятельств не очень хорошего свойства. Во время перерыва в гастролях летом 1969 года Питер Сетера решил сходить на бейсбольный матч в Лос-Анджелесе. Уже на подходе к стадиону ему повстречались три военных моряка. Мало того что у Сетеры были длинные волосы, как, впрочем, у любого нормального рок-н-ролльщика, так он ещё и болел не за ту команду. Возмездие последовало незамедлительно, и в результате драки у Питера была сломана в трёх местах челюсть. Он провёл 2 дня в реанимации, а потом долгое время ходил со связанными проволокой челюстями.

Злополучный инцидент возымел своё действие на музыкальную карьеру артиста. Во-первых, это отразилось на манере пения Сетеры. «Это единственное, что было забавно в той драматичной ситуации. Я поехал в тур со связанными челюстями и, соответственно, пел, не размыкая их. Я и до сих пор так пою!»

Во-вторых, будучи ограничен в вербальном выражении своих мыслей и эмоций (со сломанной челюстью не очень-то поговоришь), Сетера вынужден был искать новые способы самовыражения. 

«Я уже выздоравливал, но по большей части ещё лежал, когда произошла высадка на Луну. Я схватил свой бас и начал играть прогрессию, из которой потом получилась “Where do we go from here”. Эту фразу я услышал,  думаю, от Уолтера Кронкайта (Walter Cronkite), и она мне запомнилась. И я написал об этом песню. О себе, о мире, обо всём… И это был мой первый опыт». 2-ой альбом представил также абсолютно прямой взгляд группы на политику. Уже на 1-ом альбоме CHICAGO использовали запись песнопений демонстрантов, протестовавших против Демократической Конвенции 1968 года. Текст на обложке 2-го альбома, написанный Робертом Лэммом, гласил, что альбом, члены группы, их будущее, их энергия – всё это посвящается «людям революции и самой революции в любых её формах». Политическое сознание Лэмма сформировалось ещё в бытность группы в родном Чикаго. «В течение последних месяцев перед нашим отъездом в Чикаго было много всего неспокойного. На улицах патрулировала национальная гвардия.

В городе витало чувство страха. Мы всё это видели. Мы же играли в клубах и заканчивали поздно. Когда бары закрывались, народ вываливал на улицу, мы на себе испытали негативное отношение к длинным волосам. И я подумал: “Неужели длинные волосы могут выступать в роли политического кредо?” Тогда я начал интересоваться всеми этими антивьетнамскими выступлениями и пикировкой между правительством и людьми из шоу- бизнеса, которых знала вся страна». Лэмм продолжал сочинять песни, когда группа перебазировалась в Калифорнию, и новое мироощущение не замедлило выразиться в стихах. В таких песнях, как «It Better End Soon» и «Does Anybody Really Know What Time It Is?» он затронул политические, социальные и философские вопросы, волновавшие в то время умы молодых американцев по всей стране. «Я не знаю, что именно натолкнуло меня на мысль, что я могу писать о чём-либо другом, помимо романтических излияний.

По телевизору – конфликты в Азии… потом культурный шок от переезда в Калифорнию… Свободная пресса в Лос-Анджелесе была на самом деле революционной. Это тоже воздействовало на меня, давало ощущение того, что и обычный человек  может высказать своё мнение, что и у него есть голос, который будет услышан. Голос, который встанет на борьбу с войной и несправедливостью. В то время много групп занимали ту же позицию». Вряд ли можно с полной ответственностью утверждать, что в конце 60-х даже в Америке существовал шоу-бизнес в современном понятии этого слова. Дети-цветы хиппи, рок-музыка и всевозможные политические движения за мир являли собой некую прогрессивную силу, двигавшую развитие демократии вперёд и вперёд. CHICAGO неожиданно, но вполне закономерно оказались вовлечёнными во всю эту историю, а затем выдвинулись на самые передовые позиции.

«В 1969 году мы начали играть в университетах и колледжах, – вспоминает Лэмм. – И очень часто наши концерты служили трамплином для следовавших за ними политических собраний». Другими словами, люди собирались, чтобы послушать музыку, а затем оставались, чтобы выразить свой протест против войны во Вьетнаме или пофилософствовать на более абстрактные темы, так или иначе связанные с революцией. Бок о бок с революционными настроениями, почившими, как известно, в бозе к середине 70-х в результате волшебного превращения бунтарей в добропорядочных буржуа, шли свободная любовь и наркотики. Эти способы выражения протеста против всего на свете были обыденным явлением на многочисленных музыкальных фестивалях, участниками которых были и наши герои. «Это все было очень серьёзно, никто точно не знал, что происходит, но у всех было ощущение какой-то реальной силы всего этого. Потому что мы видели, сколько нас. Я думаю, что это и была революция. Вы можете оспорить терминологию, но для нас, 20-летних, в слове революция было море секса». Конечно, для настоящих политических активистов того времени революция имела идеалистическую и подрывную суть, имела целью уничтожение «системы». А для Лэмма и его друзей революция была, безусловно, куда менее конкретной, но, в конечном счёте, куда более убедительной.

«С моей точки зрения, мир и рай на земле, то, во что мы все так верили, – говорит Лэмм, – были возможны. И я верю, что революция всё-таки была. Она произошла так постепенно, что мы её и не заметили.  Даже если вы возьмёте такую земную субстанцию, как музыка (Смеётся.), то увидите, что сегодня существует целое поколение молодых рэпперов, которые говорят то, что хотят. По сути, они выражают себя политически и социально. И люди разных культур могут слышать их. Эта форма протеста расцвела внутри системы, она принята системой, если это конечно не совершеннейший экстрим».

Лэмм утверждает, что наиболее явными примерами социально-философской революции тех дней стали перемены, принесённые антивоенным движением и движением за права человека. «Я не люблю апеллировать к проблемам расизма, но в данном случае это самый простой способ показать суть произошедших перемен. Перемены, безусловно, не абсолютно идеальные для цветного населения Соединенных Штатов, но тем не менее весьма значительные. Мы уже совсем по-другому относимся к чёрным, чем в 1969 году. Просто по-другому. Стереотип повернулся на 180 градусов. Потом огромное количество людей, бывших тогда в первых рядах борцов против войны, борцов за права человека, в авангарде студенческого движения, сейчас работают в правительстве США. Вы можете сказать, что их “поглотила” система, но сегодня, оглядываясь назад, я могу сказать, что идея об уничтожении самой системы была изначально утопией.

Мы не могли уничтожить систему, но могли изменить её. И мы это сделали!» Таким образом, революция, по крайней мере, в одной из своих форм, всё-таки состоялась. И музыка CHICAGO в определённой степени способствовала великим свершениям. С нашей, русской точки зрения это вовсе и не революция, а так…  Ни Авроры тебе, ни Ленина… Но, может, лучше уж так, с музыкой и свободной любовью, чем с максимами и шашками наголо? Да уж точно лучше! И лишним тому подтверждением стали все эти «бархатные» и «цветные» революции, прошедшие в бывших советских республиках и в бывших странах социалистического содружества. История, как водится, на этом витке повторилась в виде фарса: не сумев совладать с непонятно откуда свалившейся демократией, всё те же «аппаратчики» при рьяной поддержке населения и произвели  уродливые революции, вернув, по сути, всё обратно, неведомым доселе способом скрестив капитализм с партократией. Только вместо рока и свободной любви метаморфозы эти происходили на фоне разгула забронзовевшего в собственной пошлости шоу- бизнеса и расцветшей в виртуальном пространстве детской порнографии.

В центре внимания

Читай также

ЗакрытьСити-гайд Gloss.ua Получай самые интересные материалы первым!
  • facebook.com
  • vk.com
  • instagram.com
  • google.com
Комментарии

Новые материалы

Любимое дело, воображаемая старость, красота, снег и музыка ноября от Кирилла Иванова (СПБЧ)

Любимое дело, воображаемая старость, красота, снег и музыка ноября от Кирилла Иванова (СПБЧ)

Интервью с лидером группы СПБЧ накануне киевского концерта

Киев для нищей интеллигенции или Гид по бесплатным событиям декабря

Киев для нищей интеллигенции или Гид по бесплатным событиям декабря

Как провести декабрь без гроша в кармане, читайте в нашей подборке

Обзор ресторана «Гаро»: грузинская кухня, современная подача и украинско-грузинское гостеприимство
Где перезарядить мозги: гид по лучшим событиям рабочей недели в Киеве
А пошел бы ты в театр еще раз! Лучшие театральные гастроли декабря

А пошел бы ты в театр еще раз! Лучшие театральные гастроли декабря

Театра много не бывает. Вашему вниманию, гастроли львовских, черновицких и инародных коллективов уже в первую неделю декабря

Party Hard: Вечеринки декабря, на которые мы пошли бы сами

Party Hard: Вечеринки декабря, на которые мы пошли бы сами

Если душа требует развлечений, запоминай самые интересные ивенты декабря, которые мы однозначно рекомендуем не пропустить

А пошел бы ты в театр! Лучшие спектакли и премьеры декабря

А пошел бы ты в театр! Лучшие спектакли и премьеры декабря

Среди ТОП событий: возобновление работы ДАХа, триллер в цирке от Ирмы Витовской и Дикого театра и «Три товарища» в театре Франко с министром Культуры в одной из главных ролей

Не проспи декабрь: лучшие события месяца

Не проспи декабрь: лучшие события месяца

Обязательно занеси в планы: сумасшедшую Loshadka PRTY, открытие сезона на ВДНГ, праздник шмотья на Рождественском Кураж Базаре, джаз-фанк бум от Ивана Дорна и и еще с десяток событий, которые нельзя пропустить

дед

Новые статьи

Любимое дело, воображаемая старость, красота, снег и музыка ноября от Кирилла Иванова (СПБЧ)

Любимое дело, воображаемая старость, красота, снег и музыка ноября от Кирилла Иванова (СПБЧ)

Интервью с лидером группы СПБЧ накануне киевского концерта
Киев для нищей интеллигенции или Гид по бесплатным событиям декабря

Киев для нищей интеллигенции или Гид по бесплатным событиям декабря

Как провести декабрь без гроша в кармане, читайте в нашей подборке
Обзор ресторана «Гаро»: грузинская кухня, современная подача и украинско-грузинское гостеприимство

Обзор ресторана «Гаро»: грузинская кухня, современная подача и украинско-грузинское гостеприимство

Пишем только о том, что можем рекомендовать!
Где перезарядить мозги: гид по лучшим событиям рабочей недели в Киеве

Где перезарядить мозги: гид по лучшим событиям рабочей недели в Киеве

Куда пойти после работы
А пошел бы ты в театр еще раз! Лучшие театральные гастроли декабря

А пошел бы ты в театр еще раз! Лучшие театральные гастроли декабря

Театра много не бывает. Вашему вниманию, гастроли львовских, черновицких и инародных коллективов уже в первую неделю декабря

ТОП месяца

Гастронаводки октября

Гастронаводки октября

Новости ресторанов, кафе и еды в городе
Теперь едим дома: как прошел последний в этом году Фестиваль уличной еды. ФОТООТЧЕТ

Теперь едим дома: как прошел последний в этом году Фестиваль уличной еды. ФОТООТЧЕТ

Что ели, пили и как веселились голодные киевляне, смотри в репортаже Александра Дагеротиписта Кравченко
Книжный магазин-кафе «Хармс»: убежище интеллектуала-гика

Книжный магазин-кафе «Хармс»: убежище интеллектуала-гика

Книжный магазин, в котором ты найдешь только лучшую литературу, качественный винил и замечательный кофе
Прекрасный возраст: столичный ресторан "Кувшин" отпраздновал свой 11-й день рождения

Прекрасный возраст: столичный ресторан "Кувшин" отпраздновал свой 11-й день рождения

Шеф-повара запекали барашка на вертеле, из Грузии привезли легендарный сыр Гудисквелии, вино и традиционные сладости
7 фактов о новом альбоме The Maneken

7 фактов о новом альбоме The Maneken

Накануне выхода альбома и большого шоу мы собрали семь самых интересных фактов о новой работе ключевого проекта Евгения Филатова
Наверх