Кино

Ой, "мама!": ключи к самому странному фильму года, и стоит ли его смотреть

Ксения Карпова 23 сентября 2017, 12:24  3055

Об этом фильме и среди знакомых, и в соцсетях ходят настолько разные отзывы, что еще не посмотревшие его пребывают в полной растерянности. Мы же пришли, увидели, победили первичный шок и рассказываем, как есть. Сразу предупреждаем, что в статье будут спойлеры. Много спойлеров, потому что иначе ни в чем не разберемся. 

По резонансу, который создал «мама!» или «мать!» – каждый называет, как хочет – ясно одно: равнодушным он не оставляет никого. Примерно тот же эффект в свое время произвел оскароносный «Ла-Ла Ленд», только, если в случае с ним у обеих сторон хватало аргументов для долгих споров, то здесь все аргументы сводятся к обрывистым восклицаниям. Чаще всего нецензурным. И дело не только в переизбытке эмоций: скорее в сложности фильма для восприятия. Он вызывает слишком много вопросов – настолько много, что режиссер, сценарист и продюсер Даррен Аронофски даже решил дать некоторые ключи к расшифровке сюжета. К объяснениям он прибегнул уже после того, как фильм освистали на пресс-показе Венецианского фестиваля. К плохим отзывам и неоднозначной реакции режиссер относится терпеливо: говорит, что такой резонанс только идет на пользу. 

«Аронофски хотел показать, что мы делаем с Землей, как мы ее не ценим и разрушаем своими же руками»

Начать стоит не с объяснений, а с самого автора. Чтобы не слишком уж удивляться картине, важно хотя бы в общих чертах понимать, кто такой Аронофски, и как он снимает. Кроме самых известных широкой публике «Реквиема по мечте» и «Черного лебедя», Даррену принадлежит «Пи» двадцатигодичной давности, «Фонтан» с Хью Джекманом и Рэйчел Вайс и «Ной», который многие из нас смотрели в кино. Все они так или иначе завязаны на библейской и религиозной тематике.

«мама!» – не исключение. Кстати, название написано самим автором с маленькой буквы: только Бог, по мнению режиссера, имеет прерогативу большой заглавной буквы (в фильме используется слово "он", а не именно Бог). Восклицательный знак он толком не объяснил: понимайте, как хотите. По словам самого автора, он написал черновик сценария к фильму всего за пять дней, когда был возмущен происходящим в мире и хотел выплеснуть все это на бумагу. Повлияло все: и выход США из Парижского климатического соглашения, и таяние арктических льдов, и голод в Африке. Аронофски хотел показать, что мы делаем с Землей, как мы ее не ценим и разрушаем своими же руками. Именно это – главный посыл картины. Здесь полно метафор, причем довольно прямых: по всему сюжету проходят отсылки к сюжетам из Ветхого и Нового завета. Но есть одна проблема. С первого раза и без дополнительных объяснений их поймут только те, кто, как минимум, читал Библию. В то же время, многим верующим покажется, что такая аллегория вперемешку с натуралистичностью и спецэффектами в конце – это слишком смело или даже богохульство. И пока они будут хвататься за голову, другая часть зрителей – атеисты – сначала ничего не поймут, а после объяснений скажут, что все до неприличия перенасыщен этими библейскими параллелями к месту и не к месту. Есть и третья часть: те, кому этот эффект взорванного сознания от фильма понравился независимо от того, поняли ли они, что хотел сказать Аронофски. От ощущения, что твой мозг прополоскали, выжали в центрифуге и вернули на место в помятом виде, у них появляется вдохновение. Это своего рода перезагрузка системы. 

«Рядовому зрителю ясно одно: нужно всегда бояться за бедную Лоуренс. И инстинктивно хотеть ее спасти. Больше не ясно ровным счетом ничего»

Начинается фильм довольно тревожно, хоть и пока необъяснимо: с первых кадров мы боимся за героиню Дженнифер Лоуренс, которая, проснувшись утром, не может найти мужа. Он, как выясняется, поэт, который решил выйти на прогулку в одиночестве за порцией вдохновения. Лоуренс беспокойно прислушивается к его словам, обижается на то, что тот потный и идет в душ, не захотев с ней целоваться, но виду не подает (Дженнифер, не надо усложнять, зато он действительно бегал и рубашка не сухая, как в той рекламе!). Дальше начинается самое интересное: в дом вечером стучится странный кашляющий старик, который впоследствии оказывается давним фанатом нашего поэта. Но Лоуренс он явно не нравится, она всего боится и переживает что-то вроде приступов панической атаки, от которых ее спасает таинственный желтый порошок. На ее долю выпадет еще немало испытаний, а завершится все полнейшим хаосом в лучших традициях не артхауса, а уже голливудских экшнов. Рядовому зрителю ясно одно: нужно всегда бояться за бедную Лоуренс. И инстинктивно хотеть ее спасти. Больше не ясно ровным счетом ничего.

Итак, как объясняет сам режиссер, по Библии, перед тем как Бог создал человека, был рай. Героиня Дженнифер Лоуренс – отождествление Матери-Земли, ну и Девы Марии, то есть Богоматери. Она защищает живой организм, который стал частью созданного ею дома. Хавьер Бардем играет самого Бога. Хотя местами по поведению он больше похож на дьявола: это, скорее всего, и есть ирония Аронофски. Одна из интерпретаций: Бог так любит любовь людей к себе (как и любовь к себе своей жены), что готов наслаждаться своей популярностью, даже глядя на то, как они разрушают все вокруг и уничтожают друг друга. Герой Бардема – нарцисс, как выражается сам режиссер. Бог по сюжету Библии создает Адама и Еву, а Бардем по сюжету фильма создает Эда Харриса и Мишель Пфайффер.

«Концовку Даррен решил сделать эффектной. Получилось даже слишком: настолько, что на самой жуткой сцене фильма в зале кинотеатра отчетливо слышался смех некоторых зрителей»

Адам, Эд Харрис, появляется в доме пары по сюжету действительно из ниоткуда. Как и его жена – Ева. Они нагло вторгаются в райский сад (кабинет Бардема), где Ева откусывает то самое яблоко (разбивает кристалл Бардема). Сыновья парочки – Каин и Авель – и убийство, следующее за их ссорой, тоже строго по Библии. Шумные гости – идолопоклонники, прорыв труб – аллюзия на великий потоп. Нападение на Мать и тот хаос, который происходит далее, – отсылка к тому, что мы все делаем с природой, бездумно расходуя ее ресурсы и не убирая мусор за собой. Концовку Даррен решил сделать эффектной. Получилось даже слишком: настолько, что на, казалось бы, самой жуткой сцене фильма в зале кинотеатра отчетливо слышался смех некоторых зрителей. Спецэффекты не всегда бывают уместными, Даррен, как бы говорят этим зрители. Так или иначе, в конце режиссер хотел подчеркнуть цикличность всего живого на нашей планете. Цикличность жен для мужчин в том числе. 

Получилось у него это или нет – решать зрителям, жюри фестивалей и возможно даже Американской киноакадемии. Оскар такое специфическое кино обычно не получает, но не статуэтками едиными. После объяснений кто-то может как минимум задуматься не только о фигуре Дженнифер Лоуренс, которая, к слову, со времен съемок встречается с Аронофски, но и о бедной нашей природе. И впервые в жизни не выкинет окурок себе под ноги. Представляя при этом, что спасает Лоуренс, конечно. А это уже маленькая победа. Впрочем, вероятность того, что после сеанса вы не сядете в позу "Мыслителя" Родена, а захотите прозаично выпить бокал вина, отвлечься от сложных метафор и порадоваться жизни, все же гораздо больше.

Комментарии

Для удобства пользования сайтом используются Cookies. Подробнее здесь
This website uses cookies to ensure you get the best experience on our website. Learn more