Стиль жизни

На сцене и в жизни: киевский клоун о работе в цирке, на корпоративах и за границей

Фото: Александр Кравченко
Богдан Семенченко 24 мая 2018, 14:09  3368

Приходилось ли вам общаться по душам с настоящим клоуном, чтобы понять, какой он вне сцены? Нам вот удалось. В рамках новой серии материалов о творческих профессиях вслед за киевской балериной мы поговорили с Алексеем Красных — цирковым артистом с 12-летним стажем, который успел выступить во многих странах и на многих площадках: в Малайзии, Франции, Южной Корее, Японии, в цирках Украины и стран СНГ, участвовал в Гогольfest и не только. 

Мы встречаемся в 7-м павильоне ВДНГ, где Алексей недавно играл в постановке «Дім таємничих пригод». Проходим экспозицию изобретений Леонардо да Винчи прямо на бекстейдж крупной площадки в гримерку, где наш герой наносит грим и переодевается. Интересно наблюдать, как за несколько минут среднестатестический мужчина средних лет входит в яркий цирковой образ — и внешне, и в поведении. И делает это здорово.   

О клоуне с бородой 

Вообще у меня не всегда борода. Просто недавно мы с Костей Томильченко и Сашей Братковским делали спектакль «Суперстар» для Гогольфеста и там я играл 70-летнего старика. И я для него растил бороду. И так я по сей день хожу с бородой. Я ездил с ней во Францию и не почувствовал, чтобы она мне мешала. Я понимаю, что это другой образ, слегка непривычный, слегка скрывают мимику. Но если какие-то шутки были смешными, то над ними и смеялись, даже несмотря на то, что на мне не было классического клоунского грима. Сейчас вот думаю, сбривать эту бороду или не сбривать. А то как дед какой-то. 

О первых творческих попытках и решении поступать

Подсознательно я хотел заниматься цирковым искусством с самого детства. У меня родители вообще музыканты и иногда они выступали на концертах, где можно было увидеть какие-то юмористические сценки. Мне эта часть выступлений нравилась больше всего — я хотел не сидеть в симфоническом оркестре, а чем-то удивлять, делать что-то неординарное. Но я не думал никогда, что буду куда-то поступать по этой теме, деньги зарабатывать. Думал, что лучше как-то в офисе работать, чтобы всё стабильно. 

Но в 90-х, когда зарплаты были маленькими, мне пришлось искать подработку. Мой отец ездил играть в Европу в людные места, и предложил мне съездить с ним, поработать «живой статуей». Я подумал: «А почему бы и нет?». Работа была несложной, но довольно специфической. Нужно было подолгу стоять без движения, а когда тебе бросят деньги, делать какие-то странные вещи. Мне было 18 лет, я учился на первом курсе на программиста и мне было очень неловко что-то делать на людях. Но так или иначе я себя преодолел и даже заработал неплохие деньги за два часа. 

В какое то время я даже вошел во вкус, за 20 дней заработал каких-то 400 долларов: для меня тогда это были серьезные деньги. После этого я ещё несколько раз на месяц выезжал работать. Но в то же время ощущал, что ни черта я не клоун, а просто чувак, который одет как клоун. Я видел, как вокруг ребят-мимов собиралась толпа народу, и мне тоже хотелось так, и даже лучше. 

Прошло немного времени. Однажды я на кухне рассказывал маме анекдот. У меня как-то особенно хорошо получилось рассмешить маму, и она предложила мне поступать в цирковое училище. У неё там учился сын подруги, который посоветовал мне поступать в том же году. Я ходил к его учительнице по танцам, занимался там с детьми до 13 лет. Танцевал какие-то пластические этюды, делал растяжку. А потом поехал и с первого раза поступил на второй курс Эстрадно-цирковой академии Украины — единственной профильной академии в стране.   

О том, как учат клоунов 

Нет какого-то общего алгоритма того, как готовят клоунов. Обычно мы просто приносили какие-то сценки, этюды и нам уже на конкретных примерах показывали где наши идеи чего-то стоят, а где нужно ещё поработать. Это, например, могла быть зарисовка с воображаемыми предметами про приготовление завтрака. Зажигаешь огонь, разбиваешь яйцо, крошишь сосиски, делаешь какие-то обыденные вещи, но потом что-то идёт не так, и из этого ты раскручиваешь юмор.

Наш препод при этом сидел, читал газету, посматривал на нас. Когда ему не нравилось, он объяснял что именно ему не нравится и на следующий раз мы приносили уже что-то лучше. И так постепенно чему-то да учились. Помимо клоунады изучали актерское мастерство, хореографию, вокал, акробатику. Но я всегда больше тяготел к театральному юмору. 

О качествах, которые нужны клоуну

Сложно ответить на этот вопрос. Я однажды смотрел интервью с милиционером, и его спросили о том же. Он отвечает: «Ну, милиционер должен быть добрым, честным». А потом, такой: «Сука, дебил, чё я говорю». Мне кажется, главное — не врать самому себе. Делать то, что нравится. В общем, берешь газетку, заворачиваешь сосиску (смеется — прим. ред.).

Мне кажется, любой может стать клоуном. И ты, и бабушка какая-то, и тётя Наташа. Вопрос, как бы, каким клоуном можно стать. Будешь ли ты нравиться людям. 

О первой работе и специфическом юморе в Малайзии

После учебы я уже думал завязывать, мопеды ремонтировал. Не было работы. Были, конечно, какие-то детские дни рождения, утренники, но это мне никогда особенно не нравилось. Первую нормальную работу я получил по контракту в Малайзии. Могу сказать, что юмор там совершенно другой. Я показал что-то из того, что нравится мне, и это сразу забраковали. Мол, здесь такое не проканает, давай более понятную репризу. 

Там просто другая культура. У них нет цирковых традиций и стационарного цирка. Не говоря уже о том, что там в принципе меньше театров и людей, которые ими интересуются. Там вообще всё по-другому. 

О корпоративах и выступлениях для детей 

Мне не очень нравится работать на корпоративах. Люди там приходят не выступление смотреть, а покушать, отдохнуть, пообщаться с друзьями. А когда все выпили, а ты как раз хочешь что-то зарядить, то получается всё неловко и странно. Под конец уже и комментарии всякие появляются из зрительного зала. Но поначалу ещё что-то можно изобразить, пока все трезвые. 

Я уже давно не выступал на корпоративных концертах, но раньше вызовов хватало. И для взрослых, и для детей. Могу сказать, что детей действительно проще рассмешить. Детям показываешь что-то яркое, что-то неожиданное, в репу там кого-то бьешь, и они уже смеются. 

О написании и тестировании шуток 

У меня нет какой-то формулы написания шуток. Мы просто во время репетиции берём какую-то тему, начинаем её раскручивать и если и нам, и людям в зале нравится это, то мы это фиксируем и продолжаем. Мне вообще сложно проверить клоунский спектакль, не проверив его на зрителях. Без них не поймешь, где будет смешно, а где нет. С опытом я уже понимаю, будет ли та или иная шутка смешной или нет, но для полной уверенности, конечно, нужен зритель. 

О случаях на сцене, когда всё пошло не по плану

У меня есть цирковая реприза про пингвина. Пингвин выбегает с яйцами из папье-маше, потом берет человека из зала, начинает с ним переговариваться. Мы надеваем этому человеку шапку с микрофоном и просим его повторять звуки, которые мы издаем. 

И вот однажды вытягиваю я на сцену парня, которому не очень это нравится. Он заметно нервничает, и постоянно под нос себе бубнит: «с*ка... с*ка... ммм... с*ка». Не обращаясь к кому-то, а как бы в пустоту. И как только мы начали с ним взаимодействовать на сцене, звукооператоры включили его микрофон. Зал просто лежал. В конце ему нужно было сделать «крик пингвина». Бедный парень не понимал, почему над ним так громко все смеялись, и перед «криком» в сердцах произнес: «Ну с*ка, ну почему я? Ааааа-а-а-а-а-а!». 

И такое нередко случаются. Бывают люди, которые приходят в цирк совершенно не в настроении. Или не любят быть на виду. Однажды я дважды подряд начинал репризу с приглашенным человеком из зала и отпускал их на места, потому что они ничего не могли или не хотели делать. Только с третьим всё горе пополам сложилось. А подсадку мы не практикуем, всё происходит с настоящими людьми. 

Была ещё одна ситуация однажды. Между представлениями объявили двухчасовой перерыв и я решил сходить в ближайшие ларьки, купить какой-то пирожок. Вдруг слышу музыку первого номера, а мне вторым выходить, и думаю: «Ну не могут же они так рано начать». Музыка продолжается, я думаю сходить проверить. Захожу — а там полный зал. Ну и я в том же, в чем ходил в ларёк выхожу на сцену. В итоге всё прошло неплохо, многие даже не поняли в чем дело.

О серьезных ролях клоуна 

У меня бывают серьезные роли. Вот недавно я выступал в моноспектакле в рамках Гогольфеста. Это трагикомедия про семидесятилетнего старика, который живет с котом барсиком, тоскует по женщине, которой у него уже нету. Мне понравилось, но мне кажется что рассмешить сложнее, чем создать драматическое настроение.

 Дети vs. клоуны 

Ну, я понимаю, почему дети боятся клоунов. Клоун — это такой непонятный взрослый дядька в гриме, который бегает вокруг тебя и как-то пытается тебя развлечь. И если хоть как-то где-то перегнуть с шуткой, случайно напугать ребёнка, то это может сильно на него повлиять. Я когда работал с детьми, то никогда не пытался сразу их смешить, сразу начинать какое-то действие. Я пытался начать спокойно, знакомиться со всеми, давать детям привыкнуть к себе. Если ребёнок боится клоунов, то скорее ему попадались не очень хорошие клоуны. 

О худшем концерте

Когда-то на третьем курсе меня с товарищами по учебе попросили заменить коллег и выступить в Луганске. А мы с ребятами ещё ни разу не выступали вместе. Постояли в коридоре, сообразили что и где будем делать. Думали, что сейчас выйдем и начнем рвать этот цирк несчастный. В итоге мы выходим, я уже что-то делаю, а зал молчит. Мы продолжаем, стараемся, а зал просто ледяной. На самом деле мы просто были зеленые, не хватало опыта, гибкости. Но тогда было очень обидно. 

Семья 

Моя будущая жена режиссер по образованию и преподавала актерское мастерство. После того как мы познакомились, я попросил её дать мне пару дополнительных уроков. Мы тогда разбирали разные этюды. Ну и вот, до сих пор занимаемся (улыбается - прим. ред.). Вместе мы уже 13 лет. У нас и проекты были совместные, мы часто можем говорить о работе. 

Бывают сложности, когда я подолгу уезжаю на гастроли, но она всегда меня понимает и поддерживает. Сложнее всего уезжать было, когда родился сын. У меня тогда были продолжительные гастроли заграницей. Но это работа. 

На сцене и в жизни

От тебя всегда ожидают, что ты такой веселый, классный парень, с тобой весело и прикольно проводить время, а мне наоборот после выступления хочется выйти, расслабиться. Ну, удивлять мне точно уже не хочется, и я просто не знаю как себя вести, когда встречаю кого-то из зрителей за кулисами. У меня есть знакомые, которые даже за кулисами продолжают быть в образе, на кураже. 

На сцене нужно уметь проживать то, что показываешь. По-настоящему верить себе. Даже если в жизни тебе не очень весело, даже тебя сейчас беспокоят совсем другие вещи. Бывает, что я устаю. Однажды у меня был контракт на два месяца без выходных по три шоу в день. И я знаю, как это, когда выходишь на сцену и чувствуешь себя, как на заводе.

Все фото: Александр Кравченко

С возрастом мне не становится сложнее шутить. Даже наоборот, с возрастом ты становишься более матерым, а твои персонажи более харизматичными и правдивыми что-ли. Разумеется, если год за годом играть одно и то же, то становится сложно. Или когда долгий контракт и ты три-четыре раза в неделю вынужден показывать одни и те же шутки, от такого устаешь. Возраст вообще не важен. 

Но я не чувствую, что устал от профессии. Возможно у старых дедушек, которые уже физиологически не могут показывать те или иные номера, или попросту забывают что-то, это уже не получается. Мне кажется, возраст только добавляет опыта. 

Комментарии