Роман Жук

Gloss 2 июля 2008, 10:50  999

Когда-то Романа не приняли в Киевский художественный — «к счастью» — потом неизменно добавлял он. Учился во Львове у самого Карла Звирынского, а у того было чему учиться. Анекдот тех лет: в общаге все бухают, а Рома тут же что-то сосредоточенно рисует. Рисовал день и ночь. Это было похоже на манию. Зато достиг в этом деле невероятной изощренности.

Его золотые времена настали, когда в конце 1980-х «все разрешили». Первая легендарная выставка «Молодость страны» в московском Манеже. Первые «седневы», «Совиарты» и костакисы. Роман блистал — он один из немногих, кто не только хотел сказать что-то ­новое, но и говорил.

Выставки постсоветских художников в парижах и амстердамах тогда устраивались легко и раскупались на корню. За Жука зацепились голландцы — уже с начала 1990-х он пошел участвовать в выставках под лейблом «голландский магический реализм». В стране Рембрандта и Вермеера странная изощренность Жука пришлась ко двору. Скрытые же эротические комплексы в Амстердаме, сами понимаете, расцвели махровым цветом. Кто же, как не Жук, мог так нарисовать девушку из краснофонарного квартала, что в ней увидишь и закат Европы, и собственную сладкую погибель? Изощренно нарисовать, одним движением кисти. Кто же, как не Рома Жук, так писал влажное лоно таитянской раковины, что пожилые амстердамские ювелиры тайно скупали их оптом?

Сладкий коммерческий успех и погруженность в собственные грезы помешали Жуку сделать Большую европейскую карьеру, пройтись эротическими грезами по биеннальным павильонам. За дело в последнее время, правда, взялась наша Татьяна Миронова, женщина с большими возможностями. За последний год сразу: Жук — в «Манеже», Жук — на «Евро-Арт» в Женеве.

Теперь — Киев, Hyatt. 15 холстов в драгоценных рамах, олигархи, мини-гархи и их спутницы. Жука причешут, оденут во фрак. Художник должен быть богат и знаменит еще при жизни, как говаривал незабвенный Сальвадор.

Комментарии