Фильм "Последнее воскресение": Лев Толстой по-американски
У нас принято как минимум побаиваться, когда иностранцы берутся за русские истории. Зачастую эта боязнь оправдана - то натяжки, то незнание исторической действительности, то вообще уже даже не смешные штампы. Но с помощью Андрея Кончаловского, мощной европейской копродукции и прекрасного интернационального актерского состава американскому режиссеру Майклу Хоффману удалось не ударить в грязь лицом, сняв историю, которую отечественный кинематограф почему-то дружно проигнорировал.
Впрочем, такое отношение к отечественным реликвиям не ново - доподлинно известно, что за рубежом классиков русской литературы ценят, некоторых (в особенности, Чехова) изучают в кино- и литературных школах как драматургический эталон, и редко, но все же обращаются к нашим историям. Несмотря на то, что там они очень нечасто пользуются большой популярностью. О некоторых таких попытках мы даже не догадываемся. Скажем, мало кто слышал о том, что еще в далеком 70-м американский комедийный классик Мел Брукс поставил "12 стульев" с еще молодым Френком Ланджеллой; на год раньше советской постановки Леонида Гайдая и на 5 лет раньше версии Марка Захарова. Ну да ладно, сейчас не об этом.
Последние годы жизни Льва Николаевича Толстого выглядят и по сей день каким-то довольно экзотическим светским достоянием дореволюционной истории. Эта тема в разных источниках обрастала все новыми и новыми фактами и догадками, которые не могли - рано или поздно - не вылиться в фильм. Но учитывая "чудачества" Толстого в последние годы, была большая вероятность увидеть новомодные откровения, где Лев Николаевич рисковал выйти персонажем до неприличия отрицательным. В картине Хоффмана этого не произошло.
Итак, решив в корне поменять свою жизнь, отказавшись от материальных благ и излишеств, Толстой (Кристофер Пламмер) оказывается на распутье. С одной стороны он, подначиваемый хитрым Владимиром Чертковым (Пол Джиаматти) полностью готов завещать все, что имеет, народу, с другой - это вызывает вполне обоснованное обострение отношений с женой, графиней Софьей Андреевной (Хелен Миррен). После нарастания накала внутри семьи, Толстой решает тайно покинуть Ясную Поляну и прожить оставшееся время в соответствии со своими взглядами. И отправляется для этого в свое последнее путешествие (в оригинале фильм называется "Последний полустанок"). А свидетелем всех неоднозначных событий становится Валентин Булгаков (Джеймс МакЭвой) - последователь и последний секретарь писателя, а также единственный сочувствующий отвергнутой всеми Софье Андреевне…
Уже с начала "Последнее воскресение" выдается совсем не таким, каким ты его ждал. Во-первых, все здесь, за исключением простительных погрешностей, которых зарубежному кинематографисту "умом не понять", выглядит довольно живо и "некартонно". Возможно, местами несколько приукрашено и "по-западному" обострено, впрочем, это идет ленте на пользу. Во-вторых, первую часть фильма сюжет изобилует ироничными моментами, трагикомичным настроением, что делает просмотр легче и непринуждённее, чем можно было ожидать от истории о столь масштабной персоне. Комедийный настрой пропадает лишь тогда, когда оживают метафоры той самой настоящей, большой и светлой любви, о которой в том или ином ключе речь идет весь фильм.
Трактовка некоторых событий может показаться слишком вольной, однако вряд ли кто-то сможет обвинить их в неубедительности. Все это стало возможно благодаря метко подобранному актерскому составу. Хелен Миррен с каждым новым фильмом становится "повелительницей" почти всех жанров, Кристофер Пламмер не спекулирует на обобщениях и архаичности персонажа Толстого, ну а Джеймс МакЭвой прекрасно подчеркивает вообще отдельную сюжетную линию, но, конечно, связанную с основной. Как результат - две актерские номинации на Оскар у Хелен Миррен и Кристофера Пламмера. И кто вообще скажет, что изначально главных героев должны были играть Энтони Хопкинс и Мерил Стрип?
Одним словом, вышло недурно. История неоднозначной исторической персоны - для любителей байопиков, трогательная драма о любви - для всех остальных.
